Стоит ли США бороться с Россией?

Стоит ли США бороться с Россией?

Стоит ли США бороться с Россией?

В последнее время многие «говорящие головы» в США дают рецепты и рекомендации по поводу вопроса о противодействии или сдерживании России. В свое время бывший президент США Обама называл Россию среди наибольших угроз, вместе с ИГИЛ и вирусом Эбола. ИГИЛ если и не разгромлен, то в значительной мере лишен оперативных возможностей, вирус побежден. Осталась одна Россия.

Среди «рецептов» противодействия России, американские «эксперты» называют и содействие внутрироссийским оппозиционным силам, и формирование по периметру России пояса государств с настороженностью относящихся к взаимодействию с Россией, и продолжение санкционной политики и многое другое. Директор Американского правительственного агентства по международному развитию (USAID) Марк Грин представил стратегию «по противодействию злонамеренному влиянию Кремля». Согласно документу, концепция USAID «отвечает на вызовы, связанные с негативным влиянием Кремля, путем создания экономической и демократической устойчивости стран [на которые оно направлено]». Главная цель, указанная в концепции, – повышение устойчивости стран – партнеров США. Для ее достижения USAID ставит четыре задачи: противодействие усилиям по подрыву демократических институтов, сопротивление манипулированию информацией, сокращение экономической и энергетической уязвимости. Последнее предполагает укрепление энергетической безопасности и сокращение зависимости партнерских для США государств от «контролируемых Россией энергоресурсов».

Есть и откровенно идиотские заявления, типа прозвучавшего недавно от одного из генералов Пентагона пассажа о сбивании баллистических ракет самолетами F-35. Не вдаваясь в вопрос о «рецептуре» противодействия, поговорим о том, а нужно ли вообще США противодействовать России?

Основания

На самом деле самый главный вопрос заключается в том, а что собственно нужно США?

Если цель – породить в обществе страх, перед «русской угрозой»,

то данная цель с лихвой была выполнена давным-давно. Судя по опросам общественного мнения большинство американцев считают Россию угрозой США наряду с такими странами как Иран, Китай, КНДР. В этом случае можно уже ничего не делать, достаточно просто продолжать раскручивание мантры через масс-медиа и массовую культуру. Это даст вполне искомый результат без придумывания каких-либо дополнительных способов разжигания.

Если цель — излечиться от фантомных страхов «русской угрозы»,

то это не лечится ни политическими, ни экономическими, ни военными средствами. Это лечится только медицинскими средствами, посредством работы с сознанием отдельных индивидуумов (пока они еще не шагнули в окно с криком «русские идут» следуя примеру экс министру обороны США Джеймсу Форрестолу).

Если цель – это использовать русскую карту во внутриполитической борьбе,

то ее и так уже используют достаточно давно. Бредовые обвинения руководства России о вмешательстве в американские выборы перевело этот тезис в разряд неопровержимых (в значении не опровергаемых). Кажется, данное утверждение полезно и Трампу, и его оппонентам. И спор между ними лежит не в плоскости вмешивалась Россия в американские выборы или нет, а в том было ли это вмешательство к избранию Трампа или нет. Но если для демократов-глобалистов такое утверждение – основание для того, чтобы лишний раз оказать давление на Трампа, то зачем это нужно Трампу? Вероятно, в двух целях. Во-первых, ему не с руки заявлять об отсутствии вмешательства России в выборы. Американская социальная культура построена на принципе личной ответственности. Если в чем-то обвинили тебя, защищай себя. Незачем защищать кого-то еще. Трамп использует самый простой способ защиты, не пытаться говорить о том, что вмешательств не было. Это вопрос не Трампа, а адвокатов российского правительства в американском образе мысли. Ему достаточно подтвердить, что доказательств, что какие-то вмешательства привели к его избранию нет. Что он успешно и делал. Но ему «российская угроза» нужна для чего-то другого.

Читайте также:  Силуанов попросил Вашингтон заморозить новые санкции

Если цель – это экономическая конкуренция,

то по большому счету, сферы в которых Россия и США могут конкурировать можно пересчитать по пальцам. И именно в этих сферах США проводит самые активные точечные атаки (не могу сказать, что эти атаки действенны, но они безусловно активны). В числе таких атак газопровод «Северный поток-2» которые штаты если и не срывают, но изо всех сил пытаются отсрочить, а также российские поставки вооружения (но только в конкурентных областях), что мы видим в частности из истерики американской стороны по поставкам С-400 в Турцию и Индию. Для США потеря этих стран в продаже систем ПВО (а раньше они были клиентами США) это потеря доли рынка, что для штатов безусловно болезненно.

Но в тех сферах где у России и США нет прямой конкуренции американские власти в принципе не пытаются делать какие-то телодвижения, направленные на реальную борьбу, ограничиваясь только и исключительно вербальными формами давления.

Если цель – это геополитическое противостояние и давление на третьи страны,

например, Китай, то эта цель во многом ложная. Фактически признав Россию не региональной державой (как в свое время заявлял Обама), а как минимум державой трансрегиональной, имеющей возможность давления в различных макрорегионах (Ближний Восток, Латинская Америка, Центральная Азия, Центральная Африка и т.д.) США осуществляли противодействие вполне ожидаемыми методами: информационной активностью и нагнетанием истерии в международных организациях, например, в ООН. Когда же вопрос, который требовалось решить был действительно важен и обязателен в части решения с точки зрения участия России это делалось. Такое мы видели и в Сирии, и в других географических регионах в самых разных форматах. Идея через Россию влиять на другие страны оказывалась всегда в конечном итоге более затратной, чем механизм прямого диалога с Москвой. Тем более, что Кремль никогда не уходил от попыток найти совместное решение.

Читайте также:  CNN ответил на критику Трампа, велев заняться своим делом

Если цель – это идеологическая борьба,

с целью продвижения американских идеологических клише в борьбе с российской идеологией (на фоне которой в некоторых странах начинают ограничивать доступ в эфир телеканала RT и в интернет-пространство – агентства Спутник) то в этом плане есть два момента. С одной стороны, американцы сами лишили себя возможности устанавливать моральные стандарты, поскольку разменяли идеологические ценности на возможность продвигать свой товар. С другой стороны, по большому счету вся российская идеология строится на личном концепте В.В. Путина и борьба в конечном итоге превращается в диалог «США как системы» с «Путиным как политиком», что порождает если не когнитивный диссонанс, то по крайней мере некоторую оторопь.

Таким образом, никакая из целей сама по себе не подходит под причину борьбы с «российской угрозой», но и не исключается из ареала тем, интересующих США. На основании этого видится, что истинных целей американской «борьбы против российской угрозы» три.

Первое, это экзистенциальный поиск США своего пути, в рамках которого отдельны формы работы против России рассматриваются как необходимые для обоснования значимости США, как политического образования.

Это, своеобразный перефраз «советской угрозы», только в более ограниченны масштабах. США, утратив в начале 90-х образ своего «естественного» противника в лице СССР лишились обоснования, заем же нужны все те телодвижения и финансовые затраты, которые несет американская экономика, если нет реальной угрозы штатам.

Тут возникает вопрос, а другие угрозы? Да, штаты поочередно выставляли несколько угроз, которые могли бы считаться реальными. Это и «угроза международного терроризма» (с ней правда вышла беда, т.к. оказалось, что многие международные террористы когда то работали на ЦРУ), это и «корейская угроза» и «иранская угроза» (первая правда вряд ли может кем то воспринимать очень уж серьезно даже в США, а последняя раскручивается только благодаря про израильскому лобби), но это все равно не тот уровень, слишком мелко и не очень то и страшно. «Китайская угроза», которая могла бы быть использована имеет большое ограничение, слишком уж важно для США наличие торговых связей с КНР, Трамп надеяться заключить сделку с Пекином и получить дополнительные экономические потенциалы. ЕС опять же угрозой не может выставляться в полной мере. Все же тезис о «евро-атлантизме» и «США как заступника Западной Европе» еще памятен, а значит перебивать его сложно. В это плане бренд «русская угроза» ложится на благодатную почву, е его раскручивание просто технологически и особо не затратно.

Читайте также:  Навальному дали право выбора: бежать из России или бороться за власть

Второе, это мозаичное применение тезиса о «российской угрозе» для решения отдельных конкретных экономических или политических задач.

Нужно неконкурентно протолкнуть американский газ вместо российского, вот вам на поверхность всплывает призрак «российской угрозы», нужно обеспечить сохранность рынка оружейной продукции в Турции или Индии, опять на поверхность всплывает эта угроза. И прочее, прочее, прочее. На самом деле американцы очень хорошо умеют использовать раскрученные бренды, а «русская гроза» за последние годы стала именно таким очень раскрученным брендом на продвижение которого работало сразу несколько бывших американских президентов.

Третье, это использование тезиса «русская угроза» для решения конкретных геополитических задач.

Например, попытки укрепления позиций США в отдельных регионах. Пока что это видится на примере Польши и Прибалтики где размещение американских контингентов обосновывается как раз «русской угрозой», хотя более верится в то, что это будет очередным пунктом против излишней самостоятельности Европы. Если случится такое, что США придется уйти из Германии, например, то Польша и Прибалтика могут оказаться на переднем плане проявления американской силы в Европе. И тут уже будет очень большой вопрос, для чего эта сила используется. Для сдерживания России, или для сдерживания европейских государств в орбите американской политики.

Что же тогда нужно делать США?

Как видится ничего! Все эти пункты по большому счету являются служебными и должны реализовываться в контексте отдельных интересов по точеным проблемам. Когда очередной эксперт в Пентагоне или каком-то мозговом тресте, типа Ренда и прочих рисует очередной доклад «как победить Россию», рисует он его не для победы над Россией, а для углубления веры в «русскую угрозу» в США, решения частных проблем власти или бизнеса, ну и, естественно, для направления денег, денег и еще раз денег на новые проекты, во имя прибылей отдельных заинтересованных лиц.

Что делать в этом случае России?

Сохранять спокойствие и реализовывать собственные геополитические, экономические и военно-стратегические интересы. Не стоит обращать внимание на бредовые заявления о размещении новых самолетов где-либо, готовности вложить большие деньги в рельсотроны или другие новомодные штучки, или об американском присутствии в Арктике. Стоит в первую очередь сосредотачиваться на своем поступательном развитии, понимая, что это самый лучший вариант решения вопроса о противодействии политики «русской угрозы», раскручивающейся Вашингтоном.